Справочник

Диспозитивность в гражданском процессе

Введение

Принцип диспозитивности (от лат. Dispono — распоряжаюсь) является общепризнанным в процессуальной науке принципом гражданского судопроизводства, поскольку он определяет механизм возникновения, развития и окончания дела под влиянием, главным образом, инициативы участвующих в деле лиц. Поэтому процессуалисты с давних времен называют его движущим началом гражданского процесса. Принцип диспозитивности также имеет закрепление в Конституции Российской Федерации, а точнее в статьях 45 — 46, где прописано право граждан на обращение в суд за судебной защитой.

Каждое субъективное право предполагает самостоятельное распоряжение таковым и законом так же устанавливается его защита. Проявляют граждане право на судебную защиту например при посягательстве на их здоровье и жизнь, достоинство и честь, имущество и личную свободу. При осуществлении защиты нарушенного либо оспариваемого права участники процесса должны быть обеспечены беспрепятственным пользованием предоставленными законными и правовыми возможностями. Осуществление этого права, прежде всего, возлагается на самого гражданина, т.е.

Вопрос 11: Принцип диспозитивности в гражданском процессе.

который самостоятельно осуществляет его. Сама возможность свободного распоряжения своими субъективными материальными и процессуальными правами является принципом диспозитивности, который занимает наиболее существенное и значимое место в системе основных идей и начал гражданского процессуального права.

Говоря о том, что гражданский процесс является судебным производством частноправового характера, в большей части находящегося в зависимости от воли сторон участвующих в нем, процесс восстановления изначальных частноправовых процессуальных принципов и общепризнанных стандартов начался только в конце 80-х и начале 90-х годов, с началом введения демократических преобразований в сфере экономики и политики в СССР. По итогам этих преобразований анализ действия принципа диспозитивности и его применение и в сфере гражданского судопроизводства заметно расширилось.

Следует отметить, что научные деятели этот принцип относят к еще началам гражданского судопроизводства еще в начале ХХ века, но уже в те времена гражданские процессуалисты понимали, что полная свобода распоряжения процессуальными правами в большинстве случаев будет нарушать права других лиц, участвующих в деле. Поэтому была определена позиция так называемая золотая середина, в соответствии с которой право свободного распоряжения сторон в процессе строго очерчено определенными границами, внутри которых свобода реализации этого права абсолютна.

Актуальность этой темы проявляется в том, что перед государством остро стоит проблема закрепления, и проработки принципа диспозитивности, так как все-таки он пронизывает все гражданское судопроизводство. Причем определение содержания и характера принципа диспозитивности дает основание для разграничения его с принципом состязательности и как результат этого, разрешение вопроса о необходимости установления истины по делу и выяснение роли суда в гражданском судопроизводстве.

Целью данной курсовой является анализ принципа диспозитивности и теоретическое изучение его в механизме гражданского процессуального регулирования.

Глава 1. Взаимосвязь принципа диспозитивности гражданского и гражданско-процессуального права

Принцип диспозитивности находит свое развитие в многочисленных нормах как процессуального, так и материального права.

Принцип диспозитивности в гражданском праве означает возможность участников регулируемых отношений самостоятельно, по своему усмотрению и в соответствии со своими интересами выбирать варианты соответствующего поведения. Так, гражданским правом провозглашено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе. Они обладают свободой в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых условий договора не противоречащих законодательству (ст. 1 ГК РФ).

Раскрывая эти положения можно сказать, что они в большинстве случаев самостоятельно решают, вступать или не вступать в те или иные гражданские правоотношения, требовать или не требовать исполнения обязательств контрагентом, обращаться за судебной защитой своих прав или нет и т.п. При этом если гражданин отказывается от осуществления или защиты своего права это обычно не ведет к его обязательной утрате (п. 2 ст. 9 ГК РФ). Такая свобода выбора предполагает инициативу субъектов гражданского оборота в достижении своих целей. Ее оборотной стороной является отсутствие по общему правилу, чьей бы то ни было особой, в том числе государственной, поддержки в реализации частных интересов и несение самими участниками риска и всех иных последствий своих действий (как это должно происходить, например, с «обманутыми вкладчиками», проигравшими в лотерею или в рулетку и т. п.).К числу задач государства в частных отношениях входит – установка для их участников четких и непротиворечивых «правил игры», которые исключают заведомую недобросовестность отдельных лиц, а использование этих правил в соответствии с принципом диспозитивности всецело является делом самих участников. Исключением здесь являются случаи выступления в гражданских правоотношениях опекунов и попечителей, несовершеннолетних или больных и престарелых граждан, задачей которых как раз и является помощь подопечным в осуществлении и защите их прав и интересов.

Принцип диспозитивности обеспечивает лицам, участвующим в деле, свободное распоряжение своими материальными и процессуальными правами, связанными с возникновением, движением (переходом из одной стадии в другую) и окончанием процесса по делу.

Диспозитивность гражданского процесса предопределяется наличием одноименного принципа в регулятивных (материальных) правоотношениях, являющихся объектом судебного рассмотрения и разрешения. Причем, расширение принципа диспозитивности, наполнение его новым содержанием связано в первую очередь именно с изменениями в материальном (гражданском) праве.

Изменения, происходящие в социально — экономической, общественно-политической жизни общества и соответствующем преобразовании роли государства в правовом регулировании общественных отношений, составляющих предмет гражданского права, требуют вносить какие либо новые положения в принцип диспозитивности гражданско-процессуального права. Можно привести пример одного из изменений повлиявшего на жизнь общества. В 1991 году были приняты Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик, в соответствии с которыми субъекты гражданских правоотношений получили значительно более широкие, чем ранее, возможности распоряжаться своими правами, а контроль государства, в том числе и одного из его органов — суда, за осуществлением гражданских прав был ослаблен.

Важнейшим для определения нового содержания принципа диспозитивности явилось положение ст. 5 названных Основ: "Граждане и юридические лица по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им гражданскими правами, в том числе правом на их защиту ". Аналогичная норма была включена в 1994 году в ст. 9 ГК РФ.

Принципиальные изменения в материальном праве повлекли необходимость соответствующих изменений в праве процессуальном.

Гражданское право, а также семейное, трудовое, посредством правоотношений, складывающихся в результате воздействия указанных отраслей на общественные отношения, косвенным образом влияют на метод гражданского процессуального права. Указанное влияние происходит благодаря тому, что правоотношения, складывающиеся в результате воздействия отраслей материального права (гражданское, трудовое, семейное) являются предметом косвенного регулирования гражданского процессуального права.

Истоком диапозитивной черты метода гражданского процессуального права, следовательно, и принципа диспозитивности как его концентрированного выражения, являются общественные отношения, составляющие предмет гражданского, семейного, трудового, сельскохозяйственного права и методы их правового регулирования

Глава 2. Действие принципа диспозитивности в гражданском процессе

Принцип диспозитивности проявляется и находит свое нормативное закрепление применительно ко всем стадиям гражданского судопроизводства и применительно ко всем видам производства.

По общему правилу, возникновение гражданского процесса (возбуждение гражданского дела) возможно только ро заявлению заинтересованного лица, т.е. лица, обратившегося в суд за защитой СВОИХ прав, свобод и законных интересов (ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 4 ГПК).

Данное правило реализует положения, закрепленные в конституционном праве (ст. 46 Конституции РФ) и в гражданском праве (ст. 9 ГК РФ), согласно которым реализация права на судебную защиту и осуществление гражданских прав зависит от собственного усмотрения гражданина или организации.

Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные ГПК РФ или другими федеральными законами, когда гражданский процесс может быть начат (возбуждено гражданское дело) по заявлению лица, выступающего от своего имени, но в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица либо неопределенного крута лиц или в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (ч. 2 ст. 4, ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст. 46 ГПК).

Эти исключения имеют целью, во-первых, защиту прав, свобод и законных интересов отдельных лиц, которые по объективным, уважительным причинам не в состоянии самостоятельно защищать свои права. Установление таких исключений в полной мере вытекает из закрепленного в ст. 7 Конституции РФ положения о том, что Российская Федерация является социальным государством.

Следовательно, к лицам, в защиту прав, свобод и законных интересов которых допустимо возбуждение гражданских дел по заявлениям других лиц, могут быть отнесены только граждане, которые, как указано в ч. 1 ст. 45 ГПК, по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не могут сами обратиться в суд.

Принцип диспозитивности

Принцип диспозитивности – один из краеугольных камней гражданского процесса. Суть его заключается в предоставлении сторонам и субъектам, защищающим права и интересы других лиц (прокурору, органам исполнительной власти и местного самоуправления, организациям и гражданам, выступающим на основании ст. 42 ГПК), свободы распоряжения материальными правами и процессуальными средствами их защиты. Любое субъективное право как мера возможного поведения предполагает возможность управомоченного лица свободно распоряжаться данным правом и защищаться в установленном порядке. Без этих полномочий субъективное право невозможно. Сказанное относится и к процессуальным правам участников судопроизводства.

Необходимость в установлении специального принципа, обеспечивающего свободу распоряжения, связана со спецификой гражданских процессуальных правоотношений, в которых суд занимает руководящее положение и реализует властные полномочия (судебная власть). Любой акт диспозитивного характера должен быть санкционирован судом. С этих позиций принцип диспозитивности представляет собой юридическую конструкцию, обеспечивающую свободу участников процесса в распоряжении материальными правами и средствами их защиты в условиях осуществления судебной власти.

А.Т. Боннер, основательно проанализировавший диспозитивность гражданского процесса, понимает одноименный принцип как нормативно-руководящее положение гражданского судопроизводства, определяющее движущее начало и механизм процессуального движения.

Диспозитивность предопределена в конечном счете спором о праве, рассматриваемым судом. Для эффективной защиты своей позиции участники должны маневрировать предоставленными им правовыми возможностями, в частности, изменять заявленные правопритязания, уменьшать или увеличивать спорную сумму, предоставлять суду новые факты, отказываться от заявленных требований или признавать их либо заключать мировое соглашение. Эти же полномочия сохраняются у них и при передаче спора в исковое судопроизводство. Осуществление любого диспозитивного полномочия представляет собой юридический факт процессуального характера, имеющий последствием развитие судопроизводственной деятельности. В связи с этим диспозитивность справедливо называют двигательным началом гражданского процесса.

Содержание диспозитивности составляют полномочия сторон, а также субъектов, защищающих права и интересы других лиц.

Стадии ее реализации следующие:

  1. возбуждение производства в суде первой и второй (кассационной) инстанций, пересмотр судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам;
  2. определение ответчика, предмета и объема исковых требований;
  3. выбор сторонами единоличного или коллегиального суда;
  4. выбор истцом судопроизводства (искового или приказного, заочного или состязательного);
  5. распоряжение своими гражданскими (семейными, трудовыми и др.) правами и процессуальными средствами их судебной защиты.

В течение всего процесса заинтересованные лица могут активно влиять на него.

С этой целью они вправе:

  1. предъявлять иск (ст. 3, 4 ГПК);
  2. привлекать процессуальных соучастников либо предъявлять исковые требования сразу к нескольким лицам (ст. 35 ГПК);
  3. проводить сингулярное (частичное) и универсальное (общее) правопреемство (ст. 40 ГПК);
  4. определять процессуального противника – ответчика, а также объем и предмет судебной защиты (п. 3, 5 ст. 126 ГПК);
  5. изменять основание иска, размер заявляемых требований (ст.

    Принцип диспозитивности в гражданском праве и гражданском процессе (стр. 1 из 4)

    34);

  6. влиять на развитие и окончание производства в суде первой инстанции путем отказа от иска, признания иска и заключения мирового соглашения (ст. 34, 165, 293 ГПК);
  7. обжаловать и опротестовывать решение суда в кассационном порядке (ст. 282 ГПК), а определение – в частном порядке (ст. 315 ГПК);
  8. присоединяться к кассационной жалобе (ст. 290 ГПК), отказываться от поданной жалобы (протеста) и заключать мировое соглашение в кассационной инстанции (ст. 292 ГПК);
  9. просить суд пересмотреть решение, определение и постановление по вновь открывшимся обстоятельствам (ст. 333 ГПК);
  10. получить документ на принудительное исполнение вынесенного судом решения.

Перечисленные полномочия лиц, участвующих в деле, сочетаются с полномочиями суда, поскольку свобода в распоряжении материальными и процессуальными правами не имеет абсолютного характера. В судопроизводстве, где суд осуществляет государственную власть для отправления правосудия, не может быть безразличного отношения к волеизъявлениям заинтересованных лиц, иначе суд утратит руководящее положение в процессе и не сможет разрешать гражданские дела. Именно поэтому закон возложил на суд обязанность контролировать акты сторон и других лиц по распоряжению правами и давать согласие на их совершение (санкционировать их), если они соответствуют правовым предписаниям и не нарушают прав и интересов других лиц (помимо сторон).

В ходе контроля за диспозитивными актами сторон и иных лиц, участвующих в деле, суд (судья) прежде всего выясняет, добровольно ли сторона совершает акт (отказ от иска, признание исковых требований, согласие на заключение мирового соглашения) или под давлением другой стороны, в силу стечения обстоятельств. Суд проверяет, соответствует ли диспозитивный акт основам правопорядка и нравственности. При этом судья (суд) обязан разъяснить последствия акта: отказ от судебной защиты нарушенных или оспариваемых прав и невозможность в будущем предъявлять в суд тождественный иск. Суд вправе признавать диспозитивный акт юридически ничтожным и продолжать разбирательство дела.

Кроме того, действующий ГПК предоставляет суду возможность по собственной инициативе без просьбы заинтересованных лиц или даже вопреки их желанию выходить за рамки заявленных требований (ст. 195 ГПК) либо производить денежные взыскания без рассмотрения искового заявления (ст. 39, 407 ГПК). Данные полномочия суда не соответствуют современным представлениям, о диспозитивном характере гражданского процесса России.

Нарушение принципа диспозитивности в гражданском судопроизводств

Бубон Константин Владимирович

Эта статья опубликована в журнале "Адвокат" №2, 2007. (с) Константин Бубон

Полагаю, что начать это исследование необходимо с определения центрального понятия работы и постановки проблемы. Главным правовым явлением, лежащим в основе моей статьи, является принцип диспозитивности, характерный для гражданского процесса Российской Федерации.

"Принцип диспозитивности (ст. 3, 4, 39, 44, 137 Гражданского процессуального кодекса РФ) (от лат. dispono – располагаю, устраиваю) – это один из основных демократических принципов гражданского процесса, предоставляющий возможность распоряжаться процессуальными средствами защиты.

Стороны и другие участвующие в деле лица могут свободно распоряжаться своими материальными и процессуальными правами. Свобода участников процесса, выраженная в возможности распоряжаться предоставленными правами и процессуальными средствами их защиты, обусловлена свободой прав личности, гарантированных Конституцией ".

Указанный принцип в чистом виде характерен только для гражданского процесса. Только в гражданском процессе стороны совершенно свободны в вопросах начала, ведения и окончания производства.

Диспозитивность является сквозным свойством гражданского судопроизводства, в ГПК РФ нет отдельной нормы, на которую можно было бы указать как на исчерпывающее выражение этого принципа. В каждом конкретном деле истец в первый раз сталкивается с ним, когда формулирует свои исковые требования.

В законе отсутствуют жёсткие правила, как их (исковые требования) формулировать. Это понятно, такие правила противоречили бы исследуемому принципу. Однако статья 12 Гражданского кодекса РФ может очень помочь истцу, который хотел бы написать хорошее заявление. Впрочем, гражданско-правовые требования отнюдь не обязательно исчерпываются перечнем, установленным этой статьёй.

Так или иначе, ответственность за правильность формулировок искового заявления лежит исключительно на истце. Ведь известно, что как спросишь, так тебе обычно и ответят. Вопрос в том, что не подготовленный в правовом отношении истец далеко не всегда сам способен грамотным юридическим языком изложить чего он, собственно, хочет достичь своим обращением в суд.

Принимая во внимание многовариантность материально-правового и процессуального поведения, главной проблемой является даже не трудность, с которой сталкивается юридически не образованный гражданин, когда пытается сослаться на правовую норму, которую не знает где искать.

Главная проблема заключается в том, что человек не всегда может самостоятельно выбрать необходимое ему требование среди нескольких возможных. Учитывая, что само требование не всегда раскрывает в собственном тексте все свои юридические последствия до конца, это затруднение можно понять.

В ходе беседы бывает, что истец говорит: "Первоначально я хотел заявить иск о том-то и том-то, но теперь понимаю, что мне следует требовать того-то и того-то". Бывает ещё, что истец "не юрист" заявляет: "Да, я хотел предъявить именно те требования, которые предъявил, но я даже и не предполагал, что помимо желаемых мною, у судебного решения могут быть и другие последствия". Например, когда дело касается наследства, претендент на его принятие далеко не всегда учитывает, что в соответствии со статьёй 1175 Гражданского кодекса РФ ему, возможно, придётся отвечать по долгам наследодателя.

Не будем подробно останавливаться на таких частностях. Отметим только, что правильное формулирование исковых требований с учётом закона, интересов истца и сложившейся ситуации – высокое искусство, доступное не всем. Я мог бы сказать, что было бы целесообразно внести в закон правило, которое обязывало бы истца, не имеющего юридического образования, обращаться к адвокату, чтобы тот составил ему исковое заявление.

Я даже мог бы посоветовать внести в Гражданский процессуальный кодекс РФ норму, в соответствии с которой суд принимает исковое заявление только с пометкой, что оно составлено адвокатом таким-то. В этом случае адвокат принимает на себя часть ответственности за правильность формулировок и за то, что клиенту – истцу действительно разъяснены все последствия его процессуальных действий. Я мог бы сделать такие выводы, но опасаюсь, что меня обвинят в продвижении корпоративных интересов и станут бить.

Посмотрим на изложенное с другой стороны: а что же судебная система? Как она реагирует на более или менее внятные попытки волеизлияния граждан, которые они предпринимают в своих исковых заявлениях? Для того чтобы приступить к этому вопросу, решающему для статьи, которую вы сейчас читаете, давайте вернёмся на несколько месяцев назад и вспомним другую статью, которую автор уже предлагал вашему вниманию. Полагаю, что к примеру, который был там приведён, возможно, придётся вернуться ещё не один раз.

Кратко напомню, что ситуация, описанная в статье, сложилась в Индустриальном суде города Хабаровска. Судья И.А. Курпас отказал гражданке в признании права пользования жилым помещением. Он поступил так, несмотря на то, что гражданка была зарегистрирована по месту жительства в спорной квартире, внесена в лицевой счёт и поквартирную карточку, получала на своё имя квитанции об оплате найма жилья, оплачивала найм и коммунальные платежи, не имела задолженности и пользовалась льготой как ветеран труда.

Не дожидаясь вступления в законную силу указанного решения суда, администрация г. Хабаровска предъявила иск о выселении гражданки из квартиры. Этот иск был удовлетворён Индустриальным судом. Потребовались большие усилия адвоката для отмены обоих решений в кассационном и надзорном порядке.

Представитель администрации города в краткой беседе с автором посетовал, что по поводу упомянутого дела "с судьями были проведены занятия", и теперь ему будет сложно добиваться таких "блестящих" результатов впредь.

ПРИНЦИП ДИСПОЗИТИВНОСТИ В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Заинтересовавшись, я стал пристрастно искать последствия "проведённых занятий" в судебной практике, и они (результаты) не заставили себя долго ждать.

Здесь будет уместным небольшое отступление. Вообще-то, приличное количество исков о признании права пользования жилым помещением в судах города Хабаровска объясняется просто – в процессе приватизации квартиры отдел, ведающий этим процессом, требует от гражданина, обратившегося с соответствующим заявлением, ордер на вселение . Поскольку многие граждане из тех, кто сейчас проживает в муниципальных домах, вселились туда как родственники нанимателей, как иные лица, вселённые нанимателями, то ордеров на квартиры у них, конечно же, нет. Предыдущие наниматели, имевшие ордер, зачастую либо уехали в другие регионы либо умерли.

Так вот, граждан, не имеющих ордер на квартиру, в которой они проживают, отдел приватизации убеждает обратиться в суд с указанным выше иском. На сегодняшний день уже действует позиция Хабаровского краевого суда , в соответствии с которой если лицо длительное время открыто "проживает в спорном жилом помещении …, оплачивает коммунальные платежи", то это "свидетельствует о фактическом заключении договора социального найма квартиры".

Поскольку, напоминаю, с судьями "были проведены занятия" , то вашему скромному повествователю оставалось только ждать, какие выводы изо всего изложенного может сделать районный судья. Был интересен сам ход мышления, его направление. Тем больший душевный трепет я испытал, когда на мой стол лёг следующий документ.

Волшебное достижение правовой мысли отлилось в определение об оставлении искового заявления без движения от 2 июня 2006 года, вынесенное судьёй Центрального районного суда города Хабаровска З.П. Михайловой. В описательно-мотивировочной части своего определения, судья Михайлова констатирует : "УСТАНОВИЛ: Ж.В.А. обратился в суд с иском к Администрации г. Хабаровска о признании права пользования жилым помещением.
В соответствии со ст. 131 ГПК РФ в исковом заявлении должны быть указаны обстоятельства, на которых истец основывает свои требования и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.

Истцом неправильно определены юридически значимые обстоятельства, необходимо переоформить исковое заявление, поставив вопрос о признании членом семьи нанимателя.
В связи с изложенным суд считает необходимым оставить исковое заявление Ж.В.А. без движения для исправления недостатков.
Руководствуясь ст. 136 ГПК РФ,
ОПРЕДЕЛИЛ:
Оставить исковое заявление Ж.В.А. к Администрации г. Хабаровска о признании права пользования жилым помещением без движения.
Предоставить заявителю срок до 13.06.2006 г. для исправления недостатков, а именно:
— надлежащим образом оформить исковое заявление, указав требование о признании членом семьи нанимателя.
На определение может быть подана частная жалоба в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г. Хабаровска в течение 10 дней". Дата, подпись.

Вот так-то вот! Сказали: "бурундук – птичка", извольте учить несчастного зверька летать. В сложившейся ситуации самым интересным является отнюдь не то, что судья принуждает гражданина к заявлению не того иска, который он был намерен заявить. Интересно также не то, что судья тем самым нарушает исследуемый нами принцип диспозитивности (постановка собственных правовых целей и задач – неотъемлемое право гражданина). Предлагаю оставить на периферии читательского внимания даже тот факт, что первоначально исковые требования были сформулированы совершенно правильно, как в юридическом, так и в лингвистическом смысле этого слова.

Центральным моментом здесь является полная бессмысленность навязываемых требований с точки зрения истца и полная их ненужность с точки зрения его интересов. В случае если бы эти "новые" исковые требования были удовлетворены, истец тем самым не подтвердил бы своё право на приватизацию, поскольку доказал бы всего лишь факт родства и семейных отношений с нанимателями квартиры, которые умерли за несколько лет до судебной ситуации (истец проживает и зарегистрирован в квартире один).

Если же суд отказал бы истцу в таких смехотворных требованиях, то у ответчика (администрации города) появились бы основания (и более того – шансы) успешно требовать выселения Ж.В.А. из его квартиры. Ситуация совершенно беспроигрышная с точки зрения администрации города Хабаровска, ведь в обоих случаях проигрывает только гражданин. Даже "выиграв" такой процесс и обратившись в отдел приватизации, человек встретит там отказ и ещё не факт, что он пожелает снова обращаться в суд.

Имеются все основания полагать, что администрация города принимает все возможные меры, чтобы предотвратить приватизацию квартир везде, где это возможно. В особенности это касается одиноких пожилых людей либо просто тех, кто не имеет родственников. То, что цель описываемой деятельности именно такова, совершенно очевидно из примеров, которые приведены мною как в этой, так и в предыдущей статье.

Интересы "конторы" здесь более чем прозрачны – после смерти, отъезда гражданина или в том случае, если он начнёт вести асоциальный образ жизни, неприватизированная квартира легко достанется ей ("конторе") в полное и неограниченное распоряжение. Хотя, квартира может попасть туда и ещё раньше в результате судопроизводства, которое "начинает сам гражданин" с помощью "мудрых" указаний и "подсказок" суда.

Нельзя обойти вниманием гипотезу, что распределение квартир, "освобождённых" таким путём, контролируются не слишком строго по сравнению с муниципальными новостройками. Если вновь построенное социальное жильё скрыть невозможно, то в исследуемых случаях квартиры освобождаются неочевидно и как бы "случайно". Кто будет их следующим жильцом? Велика ли загадка?

Особенную пикантность придаёт всей ситуации особая роль суда. Являясь формально независимым, российский суд, тем не менее, активно проституирует между группами силового влияния – административными органами различного уровня, прокуратурой и крупным олигархическим бизнесом.

Архитекторы "вертикали власти", конечно, хорошо понимали, что по окончании строительства суд станет услужливо прогибаться не только под окрик, но и под начальственный шёпот. Собственно, это и было их целью. Только трудно судить, имели ли они в виду, что помыкать судом (федеральным органом) будут не только другие федеральные органы, но и муниципальные администрации. Если это – "вертикальный контроль", то я – китайская ваза.
Как однажды сказал мне один мудрый человек: "Независимый-то ты независимый, но не забывай, кто квартиры "даёт". Судьи, вроде бы, и не забывают.

В общем, явление идентифицировано: если ты, по сравнению с государством или иным правовым оппонентом, мал и слаб, являешься всего лишь гражданином Российской Федерации, физическим, так сказать, лицом, то тебе могут "мягко подсказать", как тебе должно поступать со своими правами. При этом отнюдь не подразумевается, что те, кто тебе "подсказывает", оценивают твои права, твою жизнь и достоинство, дороже, чем в одну копейку.

Тем временем история с вынесением судьёй З.П. Михайловой определения от 02.06.2006 года процитированного выше определения продолжалась своим чередом. Адвокат Анатолий Тузов подал в интересах своего доверителя частную жалобу. Суд Хабаровского края удовлетворил жалобу адвоката и направил исковое заявление судье Михайловой для рассмотрения по существу тех требований, которые были сформулированы истцом при помощи его адвоката.

После получения материалов Центральным районным судом города Хабаровска, адвокату Анатолию Тузову и его доверителю было заявлено, что "они выпендриваются" и, более того, "им ещё устроят". Чего "устроят" истцам пока неясно, поскольку на момент написания статьи дело всё ещё находится на рассмотрении. Околоуголовная лексика, вместе с соответствующим образом мышления неимоверно украшают родной отечественный суд.

Если бы это дело было единичным случаем, я мог бы считать себя вправе расценивать его как "гипотетическую возможность" и "лазейку" для злоупотреблений. Однако это не так. В короткий промежуток времени аналогичные действия по подобным делам были предприняты Кировским судом города Хабаровска, другими судами. Предположение о случайности отпало само собой.

Мне трудно судить о том, какова конкретная технология такого рода "заказов" ("установок", "текущей практики", называйте как хотите), однако мысль о простом совпадении, честно говоря, даже не приходила в мою голову. Впрочем, говорят, существуют ещё возмущения магнитного поля, озоновые дыры, пятна на солнце, которые влияют на поведение людей. Несмотря на это, инопланетная версия судейских аномалий была мною также отброшена, возможно, зря.

Охваченный беспокойством, я стал даже интересоваться, практикуются ли подобные действия в других городах. В результате я узнал, что в стольном городе Москве, например, они также имеют широчайшее распространение, но несколько в иной форме. Говорят, там исковое заявление подаётся только лично дежурному судье, который всё то же самое доводит до ошеломлённого истца в устной форме, без "лишнего" бумажного оформления в виде каких-то там определений-постановлений. Прогресс, чёрт побери! Если я не прав, либо прав, но не до конца, московские коллеги меня поправят.

Важнейшим при таких обстоятельствах является вопрос о том, как вести себя истцу, которому пришлось столкнуться с описываемыми паранормальными явлениями. Ответ на него зависит сразу от нескольких параметров.

Во-первых, истцу следует определиться, чего он на самом деле желает добиться в результате судопроизводства. При этом я настоятельно рекомендую людям, не имеющим юридического образования, прибегнуть к консультации адвоката. Адвокатам можно разве что порекомендовать перед тем, как приступать к формулированию исковых требований, провести подробную беседу с доверителем, в ходе которой убедиться в том, что он действительно правильно понимает свои интересы и в полной мере отдаёт себе отчёт в возможных юридических последствиях.

Во-вторых, стоит внимательно относиться к формулировкам, которые лягут в основу иска, чтобы самому быть уверенным, что требуешь именно того, что разрешит спорную ситуацию, а не осложнит её.

Ну и, наконец, в-третьих, когда есть полная внутренняя уверенность по предыдущим двум пунктам, а судья всё равно требует сформулировать исковые требования так, как удобно ему, а не вам, то в руках добросовестного истца остаётся только один инструмент – частная жалоба. Её подача, как правило, направлена на устранение процессуальных нарушений со стороны суда либо на восстановление ваших процессуальных прав, что обычно одно и то же.

Также не стоит исключать из своего арсенала подачу жалобы в квалификационную коллегию судей. Такие коллегии действуют в судах всех субъектов Российской Федерации. Действия судьи, подобные описанным в этой статье, могут быть расценены и как волокита и как ограничение доступа гражданина к правосудию. Правда, эта мера направлена скорее на "профилактическое" воздействие, поскольку рассмотрение в квалификационной коллегии является для судьи дисциплинарным производством и непосредственных процессуальных последствий не влечёт.

Ну, и в качестве наиболее общего вывода более других подходит тезис о том, что защита прав граждан зависит, прежде всего, от самих граждан, их грамотности, социальной и правовой активности, доброй воли. Только через здоровое гражданское общество Россия может продвинуться вперёд по пути истинного, не на словах, а на деле, развития права и укрепления законности. Как же хочется такого прогресса!

18 ноября 2006 г.
(с) Константин Бубон

© Copyright: Бубон Константин Владимирович, 2007
Свидетельство о публикации №207030600095

Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении

Другие произведения автора Бубон Константин Владимирович

Рецензии

Написать рецензию

Написать рецензию     Написать личное сообщение     Другие произведения автора Бубон Константин Владимирович

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *